В 2026 году исполняется десять лет Гаванскому синдрому — загадочному психофизиологическому расстройству, относительно причин, механизмов и самого существования которого все это время продолжается раскол как в среде профессиональных ученых различного профиля, так и среди сотрудников спецслужб, чиновников и журналистов. Пока Трамп заявляет о секретном «Дезориентаторе», а спецслужбы тайно покупают приборы, якобы способные имитировать Гаванский синдром, появляются новые версии о его происхождении, включая лазерную оптоакустическую атаку. T-invariant разбирался, почему микроволновая гипотеза зашла в тупик, а лазерная поможет из него выйти, и каковы будут последствия, если этого не сделать.
«Если бы Гаванского синдрома не существовало, его стоило бы выдумать», — говорит доктор физико-математических наук, научный сотрудник Института ядерных исследований Чешской Академии наук Александр Костинский. За почти десять лет пребывания в лимбе между наукой и псевдонаукой этот странный феномен приобрел множество бенефициаров. Одни ученые вовсе отрицают саму реальность Гаванского синдрома (ГС). Другие настаивают на альтернативных версиях. Спецслужбы годами инициируют новые секретные расследования, которые в любой момент можно использовать в интересах текущей политики. Тем временем их сотрудники судятся, пытаясь получить компенсации за ущерб здоровью, вызванный ГС. Но новые прецеденты наводят на мысль, что ГС десять лет назад и ГС в последние годы — явления разной природы. При этом, как отмечает Костинский, удивительным образом остается в стороне его наиболее вероятный физический механизм — лазерный оптоакустический эффект.
СПРАВКА T-INVARIANT
Гаванский синдром — собирательное название для серии случаев внезапного появления неврологических и когнитивных симптомов у американских дипломатов, сотрудников разведки и военных. Впервые ГС был зафиксирован осенью 2016 года в посольстве США в Гаване. Позже аналогичные инциденты регистрировались в Китае, России, Австрии, Польше, Узбекистане, Индии и других странах. Общее число пострадавших — от нескольких сотен до более тысячи человек.
Типичная картина острой фазы: человек внезапно слышит резкий звук (при этом слышит только он), ощущает сильную боль в голове и ушах, давление или жар внутри черепа, тошноту и потерю равновесия. Длительные последствия у части пострадавших: хронические головные боли, постоянный шум в ушах, нарушения зрения, вестибулярного аппарата, когнитивных функций (память, концентрация, скорость обработки информации), в ряде случаев фиксируются объективные изменения — признаки легкого травматического повреждения мозга, подтверждаемые данными МРТ.
Относительно причин Гаванского синдрома нет консенсуса. Первоначально рассматривалась версия акустического воздействия (ультразвук, инфразвук), но она не подтвердилась. Ее сменила версия о воздействии направленным микроволновым излучением, что предполагает враждебные действия со стороны других государств. При этом ряд специалистов считает ГС психогенным стрессовым расстройством, возникающим на фоне тревожных слухов о якобы существующем «акустическом» или «энергетическом» оружии, когда естественные или случайные триггеры запускают каскад симптомов.
В заключении Национального совета разведывательных служб США, опубликованном в 2023 году, констатируется, что за подавляющим большинством инцидентов не стоит применение оружия. Однако в последнее время тема ГС резко обострилась: с прошлого года в среде разведслужб наметился сдвиг в сторону принятия вероятности враждебных атак, появились сообщения о возможности воспроизводить похожие на ГС симптомы, а также заметно выросли шансы на успех судебных исков от пострадавших.
Последний всплеск интереса к ГС был подогрет серией сообщений. 25 января 2026 года скончался Майкл Бек, бывший сотрудник АНБ США, утверждавший, что именно он стал первой жертвой ГС. Бек ушел в отставку в декабре 2016 года, еще не зная о первых инцидентах, которые происходили как раз в это время в Гаване. У него к тому времени уже десять лет прогрессировала болезнь Паркинсона, диагностированная в возрасте 45 лет. Бек связывал ее с обстоятельствами своей службы, судился за компенсации, но в 2014 году проиграл. После появления в прессе информации о ГС Бек решил, что подвергся опасному воздействию еще в 1996 году во время некой секретной миссии. И все же официально первым пострадавшим считается не он, а сотрудник ЦРУ, известный прессе под псевдонимом «Адам».
24 января 2026 года Дональд Трамп заявил, что США располагает новым оружием «Дезориентатор» (The Discombobulator), которое способно вызвать симптомы, похожие на ГС и которое использовалось при захвате президента Венесуэлы Мадуро. А незадолго до этого появилось сообщение CNN о том, что американские спецслужбы еще годом ранее, во время президентства Байдена, приобрели за восьмизначную сумму прибор, который может служить источником излучения, вызывающим загадочные симптомы.
Сегодня вокруг ГС сложился интеллектуальный тупик. Медицинское сообщество расколото: одни специалисты настаивают на исключительно психогенной природе феномена, другие подтверждают наличие так называемых ключевых случаев (cornerstone cases) с объективными физиологическими травмами мозга. Физики пытаются их объяснить использованием гипотетического мощного и компактного микроволнового излучателя, хотя до сих пор непонятно, как его сделать и как скрыть его применение. Политические интересы тоже разделились: психогенный статус синдрома позволяет властям избегать резких шагов, а спецслужбам — отклонять иски пострадавших сотрудников. С другой стороны, признание реальных враждебных атак дало бы основание для активных ответных мер. Тем не менее в отсутствие убедительной физической модели расследование зашло в тупик.
Новым шагом в попытке найти физический механизм ГС, позволяющий избежать тупиков микроволновой гипотезы, стал препринт Александра Костинского. В нем предположительным инструментом атаки выступает импульсный инфракрасный лазер. Это решение переводит дискуссию о ГС из области спекуляций и догадок о секретных разработках неизвестных злоумышленников в плоскость объяснимых физических процессов.
Спор о «летающих ослах»
Препринт Костинского побудил T-invariant обратиться с запросами к ведущим медикам и физикам, которые либо принимали участие в официальных расследованиях Гаванского синдрома, либо публично выступали с его анализом. Мы хотели понять, готово ли научное сообщество обсуждать лазерную версию в противовес буксующей микроволновой. Результат оказался неожиданным: из числа медиков нам ответили лишь убежденные скептики.
Их позиция оказалась жесткой: они отрицают не только гипотезу конкретного механизма воздействия, но и само существование явления как такового. Профессор экспериментальной нейропсихологии Эдинбургского университета Роберт Макинтош, главный редактор журнала Cortex, возражал против самой постановки вопроса:
«Я бы настоятельно предостерег от принятия основной предпосылки — существование каких-либо “приступов гаванского синдрома” … Обсуждение того, может ли микроволновое излучение вызывать эти симптомы, уже само по себе придает этим симптомам статус реальности. На мой взгляд, гипотеза о микроволновом излучении крайне маловероятна, поскольку вряд ли какие-либо “атаки” вообще имели место».
Его коллега, профессор Серджио Делла Сала, еще в 2018 году выступал с жесткой критикой первых американских публикаций по ГС, которая сосредоточивалась на самом «фундаменте» синдрома — данных о когнитивных нарушениях у пострадавших. Делла Сала настаивает, что эти данные были получены в результате «плохой нейропсихологии» и методологических ошибок:
«Прежде чем обсуждать событие, мы должны убедиться, что оно действительно произошло; в противном случае это будет похоже на обсуждение того, как ослы могут летать, не доказав, что они вообще летают», — ответил Делла Сала на запрос T-invariant.
Еще более резким был ответ почетного старшего преподавателя кафедры психологической медицины Оклендского университета, автора нескольких исследований о ГС (в том числе статьи «Гаванский синдром: посмертный анализ») Роберта Бартоломью. По его словам, ГС — «это социальный конструкт, созданный плохой наукой (несколькими учеными-отступниками), плохим правительством (администрацией Трампа, которая не провела должную проверку и искала экзотические объяснения) и плохой журналистикой (горсткой маргинальных ученых, которых раз за разом приглашают на интервью).Вся проблема здесь в том, что наука смешалась с политикой». По мнению Бартоломью, объяснением служит «эффект ноцебо» — ухудшение самочувствия и возникновение побочных симптомов из-за негативных ожиданий, страха или внушения.
Такое скептическое мнение имеет основания. Самый первый «гаванский кластер» случаев изначально распадался на два, произошедших с американскими и канадскими сотрудниками, а среди них — на подтвержденные физиологические («ключевые») случаи и все остальные.
Ранние американские исследования [Swanson et al., 2018; Hampton, Swanson, & Smith, 2018; Hoffer et al., 2018] касались американских дипломатов. Из-за общественного резонанса исследования проводились в большой спешке и подверглись серьезной критике [Della Sala and Cubelli, 2018] за методологические изъяны (отсутствие контрольных групп, неполноту тестов). А сами кейсы и их объяснение возможным воздействием неизвестного оружия стали восприниматься научным сообществом с большим недоверием.
Канадские ученые опубликовали результаты в 2019 году [Friedman et al., 2019a, 2019b]: они объясняли ключевые случаи своих дипломатов нейротоксическим эффектом от пестицидов, которые массово применяли на Кубе в 2016 году для уничтожения комаров в борьбе с вирусом Зика [Reardon, 2016]. Эта версия не вызвала скепсиса у ученых: факт распыления ядов был подтвержден, а их влияние на мозг не требовало гипотез о таинственном оружии.
Ситуацию осложняло и то, что до 2018 года в качестве орудия атаки часто называли направленное акустическое излучение. Между тем почти сразу стало ясно, что эта гипотеза несостоятельна, поскольку физика ультразвука такова, что он не может эффективно проникать сквозь стены и окна [Golden & Rotella, 2018; Кикоин, 1976, с. 78]. А звукозаписи предполагаемых «атак» были впоследствии идентифицированы учеными как брачное стрекотание карибских сверчков [Stone, 2017; Stubbs, & Montealegre-Z, 2019].
Все это укрепило многих специалистов в убеждении, что ГС — это по преимуществу психогенное расстройство, порожденное атмосферой тревоги и слухами о мифическом оружии [Bartholomew, 2017; Baloh and Bartholomew, 2020], развивающееся на фоне отдельных случаев реального отравления инсектицидами или индивидуальных заболеваний.
Главные новости о жизни учёных во время войны, видео и инфографика — в телеграм-канале T-invariant. Подпишитесь, чтобы не пропустить.
Проблема, однако, в том, что впоследствии стали появляться новые ключевые случаи, зафиксированные далеко за пределами Кубы, где воздействие пестицидов было исключено. Эти инциденты сопровождались медицински подтвержденными физиологическими признаками нейротравм, которые уже нельзя было списать на самовнушение. Это было зафиксировано в отчете Национальной академии наук США [NASEM, 2020], эксперты которой констатировали сочетание острых симптомов с признаками направленного воздействия, что «очень необычно и непохоже ни на одно расстройство, описанное в медицинской литературе».
Получается, что скептики справедливо указывали на психогенную природу 90% случаев, но оставшиеся 10% (на сегодня 134 подтвержденных травматических случая, согласно систематическому обзору Али Асади-Пуя [Asadi-Pooya, 2023]) — требуют поиска внешнего физического фактора.
Ложный след микроволн
Когда отпала тема «акустического оружия», на авансцену вышла микроволновая гипотеза. Одним из первых ее предложил профессор Иллинойского университета в Чикаго Джеймс Лин, с 1970-х годов проводивший эксперименты с акустическим эффектом, который создают мощные микроволновые импульсы (эффектом Фрея). Независимо эту гипотезу выдвинула профессор Университета Калифорнии в Сан-Диего Беатрис Голомб, которая до сих пор считается одной из ключевых ее сторонниц. Микроволновая версия быстро стала мейнстримом, так как основывалась на давно известном эффекте Фрея, позволяющем объяснить «звуки в голове» без внешних акустических колебаний.
СПРАВКА T-INVARIANT
Эффект Фрея, или микроволново-слуховой эффект — это надежно установленный физический механизм, при котором очень короткие и мощные импульсы СВЧ-излучения поглощаются тканями головы, что вызывает мгновенный микронагрев (на доли градуса). За счет резкого теплового расширения рождается акустическая волна, которая по костям черепа поступает сразу к внутреннему уху (улитке) и воспринимается как щелчок, визг или гудение (конкретный тип звука зависит от характера исходного импульса и сложных переотражений звука в черепной коробке). При экстремальных мощностях такой «внутренний удар» может вызвать повреждения, аналогичные контузии.
Для достижения такого травматического эффекта голова человека должна подвергнуться воздействию потока энергии с плотностью 1 Дж/м2 или 10 МВт/м2 при длительности импульса 0,1 мкс [Foster et al., 2021]. С учетом расходимости микроволнового пучка, его поглощения, отражения и рассеяния мощность источника должна измеряться сотнями мегаватт, если не гигаваттами (в коротком импульсе).
Микроволновая гипотеза сразу стала основной, поскольку такое излучение способно проникать внутрь помещений сквозь стены и стекла, что соответствовало обстоятельствам многих инцидентов. Но здесь физики столкнулись с проблемой: хотя эффект и возможен, его практическая реализация в виде скрытного портативного оружия вызывает огромные сомнения. Большинство специалистов по СВЧ понимают, что создание компактного «микроволнового ружья» — задача почти невыполнимая. Тем не менее некоторые эксперты продолжают поддерживать эту версию за отсутствием лучшей, списывая технические трудности на возможные «секретные разработки» России или Китая.
Джеймс Лин, к сожалению, не ответил на запрос T-invariant, но известные специалисты в области высокомощного СВЧ-излучения продемонстрировали этот дуализм. Так, Джеймс Бенфорд, соавтор фундаментального учебника по микроволнам большой мощности (High Power Microwaves, HPM), настаивает, что существование СВЧ-оружия необходимой мощности «правдоподобно», и его размер может варьироваться «от чемодана до грузовика». Он также ссылается на особый интерес России к малогабаритным устройствам. В интервью CBS (2022) он прямо утверждал, что компактные микроволновые установки и есть источник излучения, вызывающий Гаванский синдром. На запрос T-invariant он ответил цитатой из своей последней книги (2025):
Самые сильные аргументы в пользу правдоподобности этой версии:
- Существуют HPM-системы, которые способны генерировать требуемые стимулы, могут быть скрытными, имеют умеренное энергопотребление, способны работать в режиме повторения с высокой частотой и их можно сделать очень компактными… По размеру такие устройства варьируются от чемодана до автомобиля. Компактные разновидности широко доступны. Их можно перевозить на автомобиле. Их можно замаскировать для незаметного использования на городских улицах.
- Основные страны в этой области исследований — США, Россия и Китай. Россия проявляла особый интерес к малогабаритным устройствам.
- Россия традиционно проявляет интерес к воздействию электромагнетизма на человеческое тело. В РФ можно приобрести электромагнитные устройства, которые, как утверждается, помогают при заболеваниях [вероятно, речь об устройствах для СВЧ-терапии. — T-invariant].
- Россия проводила эксперименты в Институте сильноточной электроники в Томске по изучению воздействия повторяющихся импульсных интенсивных микроволновых пучков на животных, в частности, на мышей. Эти исследования показали, что наносекундные повторяющиеся импульсы HPM вызывают разнообразные биологические эффекты на различных уровнях — от молекулярного до клеточного.
В книге профессора Бенфорда и в его обзорной статье (2024) описывается множество методов создания микроволновых импульсов гигаваттной мощности с помощью генераторов с виртуальным катодом, релятивистских магнетронов, генераторов с магнитной изоляцией и других установок. Но какая из этих технологий может быть реализована в виде небольшого, простого в наладке и использовании, достаточно легкого и незаметно транспортируемого устройства, чтобы его могли применять сотрудники спецслужб среднего звена (или представители криминальных структур)? T-invariant задал этот принципиальный вопрос профессору Бенфорду, но, к сожалению, он оставил его без ответа.
В отличие от профессора Бенфорда, профессор Кеннет Фостер, автор научных статей по ГС, который также активно выступал по этой теме в прессе, высказался скептичнее:
«Мне не удалось найти характеристики устройства в виде рюкзака, которое, как утверждается, находится в США. Кажется маловероятным, что устройство такого размера может испускать микроволновый импульс с энергией, способной вызвать Гаванский синдром. Нам неизвестны характеристики этого устройства, и все, что мне довелось видеть, — из области догадок. Я могу придумать множество применений портативного импульсного микроволнового устройства, помимо нападения на людей, — например, нарушение работы сетей связи или, возможно, разведка с подсветкой цели. Возможность уместить в рюкзаке мощный микроволновый или лазерный генератор, дающий импульсы с достаточной энергией, чтобы на разумном расстоянии вызвать у человека вестибулярные расстройства, кажется маловероятной. Но я воздерживаюсь от суждений, учитывая недостаток информации».
Эти сомнения подкрепляются фундаментальными физическими ограничениями, которые делают установку для микроволновой атаки громоздкой, а ее применение — демаскирующим:
- Проблема фокусировки. На сантиметровых волнах для удержания пучка в узком луче требуются крупные антенны диаметром от 1,5 м и более. И даже с ними луч на расстоянии в десятки метров расходился бы настолько, что лишь малая часть его энергии падала бы на голову цели.
- Отражение и поглощение. Обычное оконное стекло отражает до 80% микроволновой энергии. Стены являются еще более серьезным препятствием: кирпич и бетон не только поглощают, но и рассеивают импульс, превращая его в слабый фон, заполняющий все здание.
- Электрический пробой. Чтобы доставить к цели в помещении энергию, достаточную для нанесения травмы, импульс в источнике должен быть очень мощным. Создаваемые им электрические поля настолько сильны, что исключают использование обычных волноводов — внутри них происходит электрический пробой. Так что генератор приходится напрямую соединять с антенной, что превращает устройство в конструкцию весом в сотни килограммов.
- Отсутствие скрытности. Мощный микроволновый импульс не может остаться незамеченным. Проходя сквозь стены, он вызывает сбои в работе компьютеров и телефонов во многих помещениях здания. Кроме того, его легко зафиксировать даже простыми датчиками, так как отраженное излучение буквально «заливает» окружающее пространство.
На сегодня нет никаких подтвержденных данных о существовании устройств размером с чемодан и гигаваттной импульсной мощностью. Оценить реальные возможности микроволновой технологии можно, обратившись к системам, которые сегодня представлены на мировом оружейном рынке.
Актуальные видео о науке во время войны, интервью, подкасты и стримы со знаменитыми учёными — на YouTube-канале T-invariant. Станьте нашим подписчиком!
Военные микроволновые системы
Мощные микроволновые устройства — одна из самых передовых оборонных областей. Они обеспечивают всепогодное наблюдение за любыми движущимися аппаратами противника: микроволновые пучки проходят с низким уровнем поглощения не только через воздух, но и через плотные облака, туманы и маскировочные дымы.
Лет 40–50 назад возникла идея воздействовать на летательные аппараты сверхмощным микроволновым излучением, чтобы создавать внутри них, на их поверхности или рядом с ними электрические разряды, влияющие на работу электронных систем или даже меняющие траекторию полета. Однако подобные сверхмощные радары так и не стали использоваться для поражения летящих целей, а служат лишь для наблюдения. Вероятно, причина в том, что сверхзвуковые самолеты и ракеты летят очень быстро на больших расстояниях от радаров, а микроволновое излучение хорошо отражается от плазмы им же создаваемых разрядов у поверхностей.
Пожалуй, единственная система, в которой все-таки была реализована эта идея, — российский комплекс «Ранец-Е». Его представили в 2001 году на выставке LIMA в Малайзии. Это система с пиковой мощностью 500 МВт (длительность импульса 10–20 нс) на длине волны СВЧ 3 см (см. рисунок ниже). Его четырехметровую антенну невозможно было бы замаскировать для специальных операций.
Чтобы внутри здания вызвать травмирующий эффект типа ГС при максимальном реалистичном размере скрытной антенны 1,5 метра, то из-за непреодолимой дифракционной расходимости пучка даже такая мощная система, как «Ранец-Е», должна была бы подъехать к окну на расстоянии не менее 80 м. А вот электроника во многих помещениях здания (и напротив него из-за сильного отражения СВЧ) работала бы с сильными сбоями, причем в близких к цели комнатах она была бы повреждена.
В последнее время идея мощного СВЧ-воздействия на летательные аппараты была возрождена благодаря бурному развитию небольших, относительно медленно движущихся беспилотных аппаратов (дронов), которые гораздо хуже защищены от электромагнитных воздействий, чем большие и дорогие ракеты и самолеты. Производители мощных микроволновых систем стали предлагать свои решения, защищающие от роя дронов, и эти решения находятся на переднем крае мощных микроволновых технологий из-за крайней важности этой задачи.
Уже несколько лет можно видеть рекламу системы Tactical High-power Operational Responder (THOR) разработки Научно-исследовательской лаборатории военно-воздушных сил США, которая предназначена для защиты от поражения дронами полевых военных лагерей и баз. На изображениях ниже хорошо видно, что представляет собой современная «мобильная» мощная микроволновая система, параметры которой позволяют создавать болезненный эффект Фрея на расстоянии около 100 м.
Она размещена в промышленном грузовом контейнере для удобной транспортировки на военно-транспортном самолете. Параболическая антенна с мощным поворотным устройством имеет диаметр 2,5 метра и требует сложного монтажа на месте использования. Также на фотографии виден зеленый баллон с газом SF6 (указан красной стрелкой), необходимый, чтобы в подводящих микроволновую энергию к антенне волноводах не возникало электрических пробоев. Это говорит о мощности генератора в десятки мегаватт. Стоимость системы, приведенная в разных видеороликах, от 15 до 18 миллионов долларов. Мы видим, что THOR принципиально мало отличается от «Ранец-Е», хотя его габариты немного меньше и поворотная система, видимо, более быстрая и совершенная.
Система Specialized Portable Electromagnetic Attack Radiator (SPEAR) компании Leonardo DRC — вероятно, наиболее компактная из систем подобного типа. Производитель настоятельно подчеркивает «портативный размер, малый вес, низкие требования к электропитанию и эффективность» системы SPEAR. Она действительно намного компактнее, чем THOR или «Ранец-Е», но все равно устанавливается на рамной платформе, имеет массивную поворотную систему и антенну диаметром около 170 см. Даже SPEAR довольно сложно разместить внутри комнаты, микроавтобуса или пикапа.
Если предполагается скрытное применение, то подобная система не может транспортироваться в собранном состоянии. Но тогда монтаж и проверка работоспособности на новом месте представляют собой довольно сложную задачу даже для подготовленных специалистов. В случае непредвиденной ситуации, быстро разобрать и замаскировать подобную систему также крайне сложно. Подчеркнем, что последние две системы представлены ведущими мировыми производителями в области микроволновой техники, и трудно ожидать, что их коллеги в Китае или России сделали какой-то умопомрачительный технологический прорыв в сравнении с ними.
Из этого небольшого обзора ясно, что даже самые компактные из принятых на вооружение систем не могли бы использоваться для инцидентов типа Гаванского синдрома из-за их недостаточной импульсной мощности, громоздкости и невозможности надежной маскировки.
«Русский след» и поиски секретных технологий
Сталкиваясь с техническими ограничениями сторонники микроволновой версии Гаванского синдрома достают, казалось бы, универсальный контраргумент, своего рода джокер, — неизвестные мировой научной общественности «секретные разработки» в России и/или Китае. Ведь можно допустить, что засекреченным инженерам удалось найти технические решения, радикально уменьшающие габариты и сложность HPM-устройств.
Гипотеза о причастности к ГС российских спецслужб возникла практически сразу после того, как в 2017 году была отброшена версия об акустическом воздействии. На сенатских слушаниях 2018 года сенатор Марко Рубио прямо задал вопрос: «Какая третья страна хотела бы помешать присутствию США на Кубе?» — и сам же ответил, что логичным кандидатом является Россия.
Новый импульс этой версии дало опубликованное в апреле 2024 года совместное расследование The Insider, CBS (программа 60 Minutes) и Der Spiegel. Журналисты Роман Доброхотов, Христо Грозев и Майкл Вайс обнаружили, что места предполагаемых инцидентов ГС по всему миру часто коррелируют с графиком зарубежных поездок сотрудников российской военной разведки из войсковой части 29155. Более того, расследователи указали на конкретные разработки российских НИИ в области микроволнового излучения. В частности, упоминались эксперименты в Томском институте сильноточной электроники по воздействию импульсного СВЧ на животных.
Вновь разговоры о секретных разработках усилились в январе 2026 года после сообщения CNN (подробности можно найти в материале «Медузы» и в репортаже CBS) о том, что американская разведка якобы приобрела за восьмизначную сумму некий портативный прибор иностранного производства, способный вызывать симптомы ГС. В экспертных кругах циркулирует версия, что сделка могла проходить через посредников из так называемой «русской мафии».
Впрочем, даже если такой прибор действительно существует, это еще не подтверждает микроволновую гипотезу. Даже самые компактные установки из Томска занимают целую комнату и никак не могут быть скрытно размещены в рюкзаке или багажнике автомобиля. Для СВЧ-устройства такого размера просто не существует способа доставить травматическую дозу энергии на расстояние в 30–50 метров, не выведя при этом из строя всю электронику по соседству.
Этот детективный сюжет о покупке секретного устройства подсвечивает главную проблему: ГС стал «черной дырой» для спецслужб. С одной стороны, расследование The Insider с коллегами выявило подозрительную активность сотрудников российской военной разведки, с другой — технический анализ этих инцидентов до сих пор опирается на «маловероятные» микроволны.
В подавляющем большинстве случаев секретные разработки в передовых странах находятся на близких уровнях развития, и они точно не могут обойти фундаментальные физические законы. Более того, секретные разработки редко опережают экспериментальные исследования переднего края, которые подробно описаны в открытых научных публикациях. Текущий уровень самых передовых разработок высокомощных микроволновых генераторов делает сомнительным их использование в инцидентах типа ГС. Такие системы сложны и громоздки (особенно вакуумированные тракты релятивистских пучков, мощные импульсные магниты, сложность стыковки с большими антеннами и т.д.). Это исключает их скрытную транспортировку на место атаки, быстрый монтаж, наведение на цель и быстрый демонтаж. И вдобавок потребовалось бы участие в этих рискованных мероприятиях высококвалифицированного научного персонала, который не склонен слепо следовать указаниям секретности в стрессовых обстоятельствах.
Если атаки с помощью новых технологий действительно имели место, то для них наверняка выбрали бы более эффективный путь. Александр Костинский удивляется, что за годы обсуждений никто не предложил в общем-то лежащую на поверхности альтернативу: заменить микроволновый пучок импульсным инфракрасным лазером.
Лазерная альтернатива: оптоакустический удар
В своем препринте Костинский показывает, как на базе недорогого, компактного и удобного в эксплуатации промышленного лазера можно создать портативное устройство, вызывающее у человека болевые ощущения, аналогичные Гаванскому синдрому. За счет лазерного оптоакустического эффекта такое устройство может действовать с намного большего расстояния и с гораздо большей эффективностью, в том числе облучая людей через окна в закрытых помещениях. И при этом снимается большинство технических проблем, связанных с микроволновыми излучателями.
СПРАВКА T-INVARIANT
Главное научное достижение Александра Белла
Оптоакустический (или фотоакустический) эффект — это физическое явление, при котором импульс электромагнитного излучения превращается в звук внутри поглощающей среды. Эффект Фрея, на который опираются сторонники микроволновой гипотезы, — это его частный случай.
История открытия оптоакустического эффекта уходит корнями в XIX век. Еще в 1880 году изобретатель телефона Александр Белл обнаружил, что прерывистый солнечный свет, падая на твердое тело, вызывает звуковые вибрации. На этом принципе Белл создал «фотофон» — первый в истории аппарат беспроводной передачи голоса на расстояние около двухсот метров. Изобретатель считал эту связь по солнечному лучу главным научным достижением своей жизни, однако на 80 лет оно ушло на периферию науки из-за отсутствия мощных когерентных источников света. Но все изменилось с появлением лазеров, способных генерировать сверхкороткие и мощные импульсы.
По принципу действия лазерная «атака» аналогична микроволновой. Инфракрасное излучение, например, с длиной волны 1,06 мкм, проникает в кожу на глубину около 2 мм — это практически совпадает с глубиной проникновения микроволн с длиной волны 3 см. В обоих случаях импульс вызывает мгновенный микронагрев тканей, порождая акустическую волну, которая воспринимается как громкий звук, вплоть до контузии при достаточно высокой интенсивности. Причем лазерная технология имеет целый ряд преимуществ в сравнении с микроволновой.
- Фокусировка. Микроволновый пучок с длиной волны 1–2 см из-за дифракции расходится под углом 1–5° и с расстояния порядка 100 м засвечивает пятно диаметром несколько метров — на 2–3 порядка больше площади цели. При длине волны 1–2 мкм инфракрасный лазерный пучок можно сконцентрировать в пятно площадью в миллионы раз меньше. Так что лазерный импульс, наоборот, придется немного расфокусировать, чтобы не вызвать точечного ожога.
- Плотность мощности. Для оптоакустического эффекта важна не полная мощность излучения, а энергия, доставленная импульсом на единицу площади. Пятно лазерного света может иметь всего несколько сантиметров в поперечнике против нескольких метров при использовании микроволн. Это снижает требования к энергетике источника на четыре порядка. Еще порядок добавляет снижение потерь на поглощение и рассеяние. И хотя микроволновые устройства примерно в 30 раз эффективнее преобразуют электричество в излучение, лазерные системы могут создавать то же воздействие, что и микроволновые, потребляя при этом в тысячи раз меньше энергии.
- Энергия. За счет того, что лазер обеспечивает высокую плотность мощности, для достижения травматического эффекта достаточно импульса излучения с энергией всего 0,03–0,10 Дж. Такой прибор вместе с батареями помещается в большой рюкзак или чемодан. Микроволновый импульс должен быть на три-четыре порядка сильнее и потребует мощного и громоздкого источника питания.
- Скрытность. Лазерный луч можно направить точно в цель, и со стороны его не заметить без специальных ИК-камер (да и с ними — только ночью или в сумерках). Отраженное излучение не выйдет за пределы помещения и никак себя не проявит. А вот микроволновый пучок, способный проходить сквозь стены, «засветит» целый этаж, если не все здание целиком, вызывая сбои электроники, а вблизи цели выводя ее из строя и демаскируя атакующего.
- Скорость перенацеливания. Лазерное излучение легко перенацеливать в широком диапазоне углов с помощью компактных акустооптических дефлекторов (не путать акустооптику с оптоакустикой). За счет этого лазером можно быстро и избирательно поражать несколько человек в секунду. Микроволновый же излучатель бьет по площадям, а для его наведения надо поворачивать громоздкие антенны.
Почему же лазерная версия даже не рассматривалась в расследованиях по ГС? «Вероятно, потому что лазерные лучи не проходят сквозь стены, а людей часто атаковали в помещениях, — предполагает Александр Костинский. — Однако лазеры проходят сквозь окна гораздо лучше СВЧ и направлять их можно с большого расстояния» (по крайней мере в нескольких ключевых случаях люди находились около окон). Кроме того, не все ключевые случаи имели место внутри зданий. Например, в 2020 году такой инцидент случился с сотрудником ЦРУ в Вашингтоне на улице недалеко от Белого дома. Трудно допустить, что поблизости мог находиться мощный микроволновый источник. А вот лазер, наведенный с расстояния в 1–2 километра исключить нельзя.
В переписке с редакцией профессор Кеннет Фостер, отметил, что лазерное излучение губительно для сетчатки, а глаз хорошо фокусирует на нее ИК-излучение. Поэтому попадание в глаз импульса с мощностью, достаточной для ГС, привело бы к прожиганию сетчатки в некоторых местах. Скорее всего, именно этот аргумент заставил комиссии по расследованию ГС отбросить лазерную гипотезу еще на старте, поскольку случаев повреждения глаз не было зафиксировано.
Костинский видит в этом решении ошибку узкой экспертизы: если использовать лазер с длиной волны 1,5–1,6 мкм, а не 1 мкм, излучение полностью поглощается роговицей и просто не доходит до сетчатки. При этом оно сохраняет способность создавать мощный акустический удар в черепной коробке. «К тому же предполагаемые злоумышленники вряд ли станут целиться прямо в глаза, чтобы не раскрыть себя. Специалисты такого класса должны быть хорошими “снайперами” и уметь выжидать удобный момент для атаки», — добавляет он.
Эта ситуация иллюстрирует главную проблему Гаванского синдрома: он оказался задачей «запредельной сложности», требующей одновременных глубоких знаний в нейрофизиологии, СВЧ-физике, лазерной технике, психологии и политике. В результате специалисты, ограниченные рамками своих дисциплин, годами обсуждали «летающих ослов» микроволновой гипотезы, не замечая более убедительного решения, лежащего в другом электромагнитном диапазоне.
Как вылечить Гаванский синдром?
Подводя итог десятилетию неопределенности, мы вынуждены признать: Гаванский синдром — это не одна болезнь, а многослойное явление. Он проявился впервые в 2016 году на Кубе, на почве прошлого негативного опыта американских дипломатов в «странах социализма». Вполне вероятно, что «нулевой пациент» в Гаване пострадал от пестицидов, когда кубинские власти вели борьбу с вирусом Зика. А дальше сработал психогенный фактор: расследования ГС превратили стрекотание сверчков в «акустическую атаку» и виральный шаблон для сотен других сотрудников.
Здесь Александр Костинский выдвигает предположение, которое объясняет позицию медиков-скептиков: реальный технологический прибор мог появиться на сцене не в 2016 году, а значительно позже. Видя деморализующий эффект «гаванского мифа» на спецслужбы США, противники могли разработать или адаптировать лазерную установку специально «под симптомы синдрома», чтобы поддерживать этот огонь искусственно.
Вместе с тем с этой позиции трудно объяснить, на что обращает внимание и сам Костинский, новые ключевые случаи в 2017–2020 годах, когда такой технологический ответ еще не мог быть готов. Это заставляет нас оставить вопрос о времени появления первого устройства открытым, признавая лишь, что в 2016 году Куба, остро нуждавшаяся в инвестициях и сближении с Америкой, вряд ли допустила бы на своей территории диверсии российских агентов. Раздувание темы ГС в дальнейшем в большей степени отвечало интересам администрации Трампа первой президентской каденции, искавшей повод для обострения отношений с островом.
Важно подчеркнуть, что появление лазерной альтернативы не снижает значимости расследований группы The Insider, Христо Грозева и Майкла Вайса. Корреляции между перемещениями агентов ГРУ из в/ч 29155 и инцидентами ГС остаются важным фактом, требующим объяснения. Стоит лишь добавить, что их недавнее новое расследование, посвященное роли ЦРУ в этой теме, упирается в отсутствие «микроволновых улик», и это лишь подтверждает нашу мысль: спецслужбы годами искали не тот инструмент, шли не по тому пути.
Политическое влияние ГС опять начинает возрастать, а внятного ответа о его реальных причинах по-прежнему нет. Это дает возможность «плохим парням» из ЦРУ действовать без оглядки на экспертов, кивая на отсутствие научного консенсуса и сильные аргументы против микроволновой гипотезы. В их числе, например, второе расследование известной оборонной экспертной группы JASON. Его авторы показывают, что микроволновое излучение не может быть причиной наиболее серьезных случаев, относимых к ГС, сразу по нескольким причинам.
Новая лазерная оптоакустическая гипотеза намечает возможный выход из этого тупика и одновременно значительно расширяет круг подозреваемых стран и организаций. Ведь эта технология доступна практически любой стране — например, Ирану или Кубе — и даже крупным криминальным структурам, скажем, наркокартелям. Тем не менее политическая заинтересованность разных сторон, междисциплинарная сложность вопроса и секретность многочисленных расследований пока мешают объективному независимому изучению этой проблемы с рассмотрением всех возможных версий.
В такой ситуации кажется необходимым с помощью различных датчиков электромагнитного излучения улучшать коллективную и персональную диагностику возможных воздействий на людей во всех релевантных диапазонах (ультрафиолетовом, видимом, инфракрасном и микроволновом, а также в акустическом диапазоне). Это нужно, чтобы успокоить всех бывших и потенциальных жертв, показать, что ситуацию можно контролировать, и таким образом, прекратить спекуляции, остановив дальнейшее психогенное распространение этого явления.
Очень важно, что воздействие мощного микроволнового излучения невозможно скрыть, и любой заинтересованный человек, а тем более организация может приобрести на открытом рынке приборы для диагностики СВЧ всех диапазонов (с длиной волны от миллиметров до десятков сантиметров). Эти приборы сейчас широко распространились на фоне «коллективной паранойи» по поводу микроволновых сотовых вышек 5G, которая, между прочим, стала своеобразным резонатором событий относимых к ГС.
Однако, как предполагает Роберт Бартоломью, никто не собирается «излечить» ГС. Он считает, что эта история была «раздута» администрацией Трампа, чтобы послужить удобным предлогом для введения жесткого эмбарго или вторжения на Кубу для смены режима или в других целях.
«Они будут утверждать, — считает Бартоломью, — что Куба напала на американских дипломатов и сотрудников спецслужб с помощью нового оружия, поэтому мы будем преследовать Кубу в целях самообороны. Так или иначе, мы очень скоро увидим политические последствия приобретения американским правительством чудо-устройства».
Таким образом, любая новая информация о «загадочном приборе», который способен вызывать болезненные симптомы, порождает еще больше вопросов, чем прежде. Американское секретное оружие, якобы примененное в операции в Венесуэле, о котором заявил Дональд Трамп, и прибор, созданный иностранным противником и купленный спецслужбами США за сотни миллионов долларов, о котором сообщает CNN, — это один и тот же прибор? Кто его произвел? Если он создан недружественными США странами, то почему его воздействие ни разу не проявилось в связи с войной России против Украины или в ирано-израильской войне? Почему в наиболее выраженных случаях Гаванского синдрома до сих пор не проявился китайский след, если только у России и Китая есть подобные мощные и компактные СВЧ-установки? Ответы на эти вопросы могут дать спецслужбы или представители администрации президента США. Но вовлеченность широкой независимой научной экспертизы могла бы помешать использовать его в качестве таинственного джокера в международной политической игре.